Фото: Пресс-служба
Финансовые ИИ-агенты до 2030 года станут ключевым банковским сервисом и изменят то, как клиенты выбирают финансовые продукты, а банки выстраивают с ними отношения. Об этом заявил Алексей Щавелев, старший вице‑президент, руководитель блока розничного бизнеса ПСБ, на сессии «ФинФьючер: визионерские идеи для финансового рынка будущего» форума «Финтех Х10».
Банковские продукты становятся все более похожими друг на друга. Уже сегодня клиент может обслуживаться в нескольких банках, сам сравнивать условия и выбирать лучшее предложение. В будущем большую часть таких решений будут автоматически принимать цифровые агенты, ориентируясь на интересы и финансовые цели клиента, а не на конкретный бренд.
«Когда ИИ-агент мгновенно сравнивает ставки, комиссии и условия, вклад или кредит все труднее отличить от такого же продукта конкурента, а ценообразование становится прозрачнее. Таким образом, ИИ отменит «налог на невнимательность клиента»: ситуации, когда человек теряет деньги просто потому, что вовремя что-то не проверил, например, пролонгировал вклад на невыгодных условиях, не отключил ненужную подписку или не рефинансировал дорогой кредит. Агент будет исправлять это автоматически. Поэтому банк будет не продавать отдельный вклад или кредит, а постоянно собирать оптимальную комбинацию продуктов под конкретного человека», — отметил Алексей Щавелев.
По мнению спикера, такая трансформация ставит банки перед серьезной дилеммой. Если ИИ-агент действует в интересах клиента, он может порекомендовать продукт другого банка. Если же он работает в интересах кредитной организации, есть риск превратить сервис в инструмент мисселинга: система, которая знает клиента лучше любого менеджера, начнет предлагать продукты, не соответствующие его целям. Для ПСБ выбор очевиден: ИИ-агент должен действовать в интересах клиента, а банк — зарабатывать на его доверии. ПСБ уже прорабатывает продуктовую архитектуру для работы таких агентов.
Отдельный вопрос — кому будут принадлежать ИИ-агенты. Возможны два сценария. В первом сценарии агенты остаются у банков, которые располагают уникальным сочетанием транзакционных данных, историей финансового поведения клиента и возможностью сразу исполнить решение. Во втором сценарии интеллект и интерфейс переходят к внешним платформам, а банк сводится к роли баланса, лицензии, риск‑машины и платежной инфраструктуры. По словам Алексея Щавелева, именно здесь у банковского ИИ-агента преимущество перед внешним: банк может не только сравнить предложения, но и сразу принять решение по риску и исполнить его. Внешний агент сравнивает витрины, банк собирает решение.
«В итоге банку придется одновременно играть три роли: быть инфраструктурой для внешних агентов, удобным интерфейсом для собственного клиента и надежным партнером, который помогает человеку двигаться к финансовой цели. Банк, который останется только инфраструктурой, отдаст другим главное — отношения с клиентом. А банк, который закроется внутри собственного контура, рискует проиграть агентам, способным выбирать из всего рынка», — резюмировал Алексей Щавелев.
Источник