Фото: Shutterstock
2026 год ознаменовался для крупного, малого и среднего российского бизнеса сочетанием нескольких неблагоприятных факторов. Так, согласно опросу Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП), 37,5% предпринимателей в первом квартале текущего года назвали снижение потребительского спроса одной из ключевых проблем для бизнеса.
В марте 2026 года опрос, проведенный «Опорой России», показал, что 94,7% малых и средних предприятий (МСП) столкнулись с ухудшением условий ведения бизнеса, а 68,7% пожаловались на падение выручки. Также по итогам первого квартала 2026 года реальные доходы предпринимателей снизились на 4,2% год к году, по расчетам Центра развития НИУ ВШЭ на основе данных Росстата.
Исследования показывают, что новые вызовы наложились на хронические проблемы, такие как дефицит кадров и санкционное давление.
В то же время многие компании уже начали адаптироваться к новым условиям: по данным аудиторско-консалтинговой компании Б1, доля компаний, столкнувшихся с нехваткой кадров, снизилась с 95% в 2025 году до 81% в 2026-м.
В сентябре на форуме «Предпринимательский класс» от РБК эксперты и предприниматели обсудят, как превращать вызовы 2026 года в точки роста: внедрять инновационные решения и прикладные инструменты для бизнеса, находить новые возможности в условиях неопределенности, выстраивать сервис и коммуникацию с клиентами.
Балансировка целей
Один из способов повысить эффективность бизнеса — сократить расходы. По данным РСПП, в апреле оптимизировать свои бюджеты планировали 65,4% компаний. Практика подтверждает тренд: по данным Росстата, в первом квартале объем инвестиций в России сократился на 14,3% год к году.
При этом резкое сокращение инвестиций — рискованный путь, который со временем может привести к потере рыночных позиций, предупреждают эксперты. «В условиях дефицита ресурсов и закрытия отдельных рынков российские компании идут по пути оптимизации издержек и структурного перенаправления капитала в сферы национальных приоритетов. Зачастую это две противоположные цели, которые приходится балансировать, поскольку работа в зарегулированной среде порождает дополнительные издержки и правовые риски», — описывает ситуацию академический директор бизнес-школы Московского Политеха Петр Подымов.
Другой традиционный способ снижения издержек — сокращение штата. В июне опрос, проведенный Российско-германской торговой палатой, показал, что 23% предпринимателей собираются сокращать персонал и лишь 14% — нанимать сотрудников. Но и здесь возможности для маневра ограничены. «Готовность к увольнениям выросла, но массовые сокращения на рынке пока не начались», — говорит директор по развитию государственных и корпоративных отношений компании «Нетология» Валентина Куренкова.
Это подтверждает и статистика Росстата: в июне безработица в России оставалась на рекордно низком уровне — 2,2%. Однако ситуация неоднородна: компании могут отложить наем офисных специалистов, тогда как по-прежнему не хватает слесарей, электриков, продавцов и работников транспорта и логистики.
Поэтому, по словам Валентины Куренковой, бизнес адаптируется к дефициту кадров несколькими способами. Во-первых, повышаются требования к сотрудникам: от них ждут не только выполнения задач, но и роста производительности — в том числе за счет применения нейросетей. Во-вторых, наем стал более избирательным: массовый подбор уступает точечному, а кандидат на позицию среднего уровня может пройти 10–12 интервью. В-третьих, компании ускоряют автоматизацию и пересматривают процессы. Решение таких задач выходит на уровень топ-менеджмента.
Новые партнеры и продукты
Турбулентность на рынке становится дополнительным стимулом для поиска новых рыночных ниш. Вместо того чтобы долго и дорого развивать внутри компании новую компетенцию, бизнес все чаще ищет партнера, с которым можно объединить уже существующие мощности, доступ к рынку или клиентам, а также гораздо быстрее начать эксперимент, рассказывает основатель консалтинговой компании «Сотер» и сооснователь клуба «Медиация и партнерство» в «Сколково» Милана Джиджоева.
Тренд на кооперацию заметен в разных отраслях, отмечает она: «Производитель мебели сотрудничает с предприятием, у которого есть оборудование, но нет сбыта. Технологические компании объединяют компетенции и выходят на смежные рынки — так осваивать новые направления дешевле и быстрее, чем в одиночку».
Еще осенью 2025 года совместное исследование РБК и «Яндекса» показало, что долгосрочные партнерства ускоряют рост оборота в 1,7 раза. В течение изученного периода — с 2021 по 2025 год — крупные компании с партнерскими проектами выросли на 30,2%, а компании без таких проектов — на 17,3%.
Контролируемая кооперация с конкурентами, позволяющая распределить совокупные издержки и воспользоваться эффектом масштаба, помогает бизнесу выживать в трудные времена, согласен Петр Подымов: «Такая механика работает при импортозамещении: не только в сфере IТ, но и при замене специфических узлов и материалов — это происходит в ассоциациях нефтегазовой отрасли, транспортной сфере, промышленности и финансовых организациях».
Поиск финансирования тоже становится более разнообразным. По словам партнера компании Bitl, организующей инвестиционные раунды для МСП, Владимира Сонникова, предприниматели все чаще рассматривают привлечение частного капитала через pre-IPO — продажу доли в бизнесе частным инвесторам — как дополнение или альтернативу банковскому финансированию. Так, по данным Банка России, в 2025 году предприятия МСП провели на краудплатформах 125 размещений акций и привлекли 8,3 млрд руб. Годом ранее состоялось 93 таких размещения.
Для бизнеса это возможность привлечь средства на масштабирование, запуск новых направлений или выход в другие регионы без дополнительной кредитной нагрузки. «Инвесторы сейчас гораздо требовательнее: им важны понятная экономика проекта, подтвержденный спрос и конкретный план использования привлеченных средств», — рассказывает эксперт.
Цифровой ответ
Важнейшее направление изменений — технологическая трансформация, в центре которой сейчас находится искусственный интеллект (ИИ). Бизнес надеется на повышение эффективности, а эксперты обсуждают риски для рынка труда. По данным исследования аудиторско-консалтинговой компании «Технологии Доверия», в конце прошлого года 47,5% крупных компаний рассматривали возможность сокращения персонала в связи с внедрением ИИ.
Согласно результатам исследования РАНХиГС, 64% компаний в России в 2025 году уже провели оптимизацию штата после внедрения ИИ. Основные сокращения коснулись операторов поддержки, копирайтеров и аналитиков. При этом выручка выросла на 23%, а прибыльность — на 18%.
Так, в феврале 2026 года глава Сбербанка Герман Греф сообщил, что по итогам 2025 года банк сократил около 20% персонала, или примерно 14 тыс. человек, — во многом это произошло за счет автоматизации процессов и внедрения ИИ. Группа компаний «Софтлайн» в первом квартале 2026 года сократила штат примерно на 500 человек — до 10,3 тыс. сотрудников. При этом массовых увольнений пока не наблюдается, отмечает Валентина Куренкова.
Вместо этого, по ее словам, меняется структура спроса на кадры: исчезают стартовые позиции, а к действующим сотрудникам предъявляют более высокие требования. «На рынке пока нет зрелых отраслевых программ по работе с ИИ — речь идет не о навыках составления промптов, а о прикладном применении технологии в медицине, ретейле и финансах», — комментирует Валентина Куренкова. По мнению эксперта, на формирование таких программ потребуются годы: сначала компаниям нужно накопить практический опыт, проанализировать ошибки, а уже потом упаковывать наработки в готовые решения.
Пока, по словам Петра Подымова, сфера ИИ в России сталкивается с технологическим отставанием российских решений от зарубежных больших языковых моделей. При этом применение технологии активно растет: согласно исследованию «Яндекса» и «Яков и партнеры», более двух третей российских компаний использовали ИИ для решения хотя бы одной бизнес-задачи. Лидерами по внедрению стали IТ, телекоммуникации и банковский сектор: уровень внедрения искусственного интеллекта в этих отраслях достиг 90–95%. Авторы исследования прогнозируют, что к 2030 году вклад ИИ в экономику России может составить 5,5% ВВП.